Царевна (zharevna) wrote,
Царевна
zharevna

Categories:

Три книги о Баксте

Эскизы костюмов к первому акту балета на музыку Ж.-Ж. Роже Дюкасса "Орфей" (хореография Михаила Фокина), выполненные Львом Бакстом к неосуществленной постановке Мариинского театра в 1914 году. Фото: ГМИИ им. А. С. Пушкина
Когда в Европе и Америке прошелестела фальшивая новость о присуждении Льву Баксту (1866–1924) Нобелевской премии, мало кто этому удивился. Во-первых, ждать от ближайшего соратника Сергея Дягилева можно было чего угодно и в любом жанре (греческий травелог как раз и выказывает Бакста вполне талантливым литератором, баловавшимся, помимо прочего, и беллетристикой). Во-вторых, если верить историку искусства Елене Беспаловой, десять лет собиравшей сведения о французском периоде творчества Бакста, до сих пор остающемся в тени (три четверти жизни художник провел в России, однако три четверти своего наследия создал в эмиграции) и обобщенном в прекрасной книге «Бакст в Париже» издательства «БуксМАрт», он «познал редкую прижизненную славу» и вряд ли какой-то другой художник был так популярен в мире перед началом Первой мировой войны, как Лев Самойлович.
Делу помогли и работа в театре, и удачное стечение обстоятельств, рано сведшее Бакста с миром моды, гениальными продюсерами и не менее выдающимися маршанами, не говоря уже о «титанах модернизма», от Амедео Модильяни и Анри Матисса до Пабло Пикассо и Диего Риверы. Бакст был востребован как мало кто из его современников, работал на износ (кормил целую ораву нахлебников), но постоянно комплексовал по поводу того, что разменивается на пустяки. В самом деле, что такое рисунки тканей для парижских домов моделей или сказочные росписи для особняка Ротшильдов в сравнении с так никогда и не написанными философическими холстами, о которых Бакст мечтал, оформляя очередную антрепризу с участием Иды Рубинштейн или Анны Павловой!
Бакст Л. Серов и я в Греции: дорожные записи. Государственная Третьяковская галерея. М., 2016. 134 с.
Повышенно восприимчивый, державший нос по ветру и постоянно искавший новых ощущений, Бакст страдал от собственной универсальности, предчувствуя, что все эти рисунки и рабочие эскизы, рассеянные по всему свету, большой славы ему через столетие не принесут. И действительно, крупные ретроспективы художника, прошедшие к его юбилею в прошлом году в Москве и Петербурге, логично базировались на вещах из российских музеев.
«Спустя 100 лет судьба сыграла с Бакстом злую шутку, — пишет Беспалова в своем увлекательном исследовании, построенном как искусствоведческая психодрама, объясняющая, каким образом художник переживал (и перемалывал) обрушившуюся на него славу. — При жизни он был над всеми, а теперь не попадает никуда. В книгах о русском Париже его нет. Нет его в исследованиях, посвященных стилистическим течениям французского искусства. Бакста теснят даже с его территории — сценографии».
Известно, что художник оформил для Дягилева 16 балетов, написал 6 либретто, какое-то время фактически работал худруком «Русских сезонов». Но центром эффектного альбома, выпущенного издательством «Слово/Slovo», являются лишь 10, ведь только о них, практически целиком оформленных Бакстом, написал эссе Жан Кокто. Тексты эти впервые — и с помощью Комитета Жана Кокто, предоставившего права на публикацию, — переведены на русский Игорем Марковым (открывает альбом большая биографическая статья Григория Климова).
Лев Бакст. 1866 - 1924. Художественное наследие. М.,Слово/Slovo, 2016. 200 c.
В лирических монологах Кокто, посвященных, к примеру, «Клеопатре» и «Елене Спартанской» или же «Дафнису и Хлое», отмечается особенно тщательная разработка в костюмах и декорациях, и даже в тканях, эгейских и греческих мотивов. Кстати, на этом отдельно фиксируется и Беспалова, детально анализирующая источники вдохновения Бакста.
Чтобы увидеть, как факты и жизненные впечатления становятся элементами оформительских конструкций, нужно прочесть или хотя бы пролистать тетрадь, которую Лев Бакст вел в 1907 году, путешествуя вместе с Валентином Серовым по Греции. Третьяковка опубликовала этот обаятельный травелог (серия «Земной шар глазами художника») в формате традиционного художнического блокнота, необходимого для фиксации мгновенных впечатлений.
Бакст перерисовывает орнаменты и фрагменты росписей в музеях и на местах археологических раскопок (Кносский дворец в Ираклионе или Львиные ворота в Микенах позже украсили его монументальные, стилизованные задники все в той же «Елене Спартанской»). Вот и Серов точно так же разминает береговые линии и ландшафты, претворившиеся затем в «Похищении Европы», «Одиссее и Навзикае» и других поздних работах. Обаятельные тексты, набитые бытовыми подробностями навсегда ушедшей эпохи, аутентичные репродукции «почеркушек» и почтовых карточек позволили издать изящную, любовно сработанную безделушку, вполне в модерновом стиле.
http://www.theartnewspaper.ru/posts/4669/



This entry was originally posted at http://zharevna.dreamwidth.org/1126982.html. Please comment there using OpenID.
Tags: Леон Бакст, живопись, искусство, книги
Subscribe

Posts from This Journal “Леон Бакст” Tag

promo zharevna may 8, 18:55 86
Buy for 50 tokens
Сегодня я закончила новую картину. Картина выполнена маслом на холсте. Работа в сине-фиолетовых тонах написана в стиле символизм. Действительно, изображаемое на картине, не вполне очевидно. Каждый из рассматривающих картину может разглядеть на ней различные очертания и разные объекты, составляющие…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Posts from This Journal “Леон Бакст” Tag